Опера «Борис Годунов» в Коломенском

Данный материал подпадает под возрастное ограничение 18+, не предназначен для лиц младше этого возраста.
13, Авг, 14

В музее-заповеднике Коломенское 9 августа при поддержке страховой компании «Росгосстрах» состоялся показ оперы «Борис Годунов» театра «Геликон-опера». Это был первый опыт сотрудничества данных культурных организаций.

Спектакль представили в рамках празднования двух дат: 175-летия со дня рождения композитора Модеста Петровича Мусоргского и 20-летия включения Церкви Вознесения в список Всемирного культурного и природного наследия ЮНЕСКО.

Действие оперы «Борис Годунов» начинается в 1598 году. Строительство Церкви Вознесения завершилось в 1532 году, Царские врата датируются 1570-80 гг.  Реставрирована церковь была в 2007 году, а театр обратился к редкой и сложной версии оперы в редакции Шостаковича на год раньше, впервые в России после её премьеры в 1960 году в Кировском театре в Ленинграде. «Геликон-опера» увидела в этих фактах совпадение двух исторических эпох и решила объединить.

Стены Церкви Вознесения послужили декорациями для развития сюжета о смутном времени российского самозванства, а в унисон с оркестром зрители услышали подлинный звон церковных колоколов. Красота московских далей с многоэтажными домами и Москвой-рекой дополнила необычное  оформление спектакля. Погода тоже не осталась в стороне: начиналась опера при ярком солнце, а с наступлением темноты, к развязке драмы, ясное небо украсила полная луна.  Зрители расположились не только на стандартных стульчиках и скамейках, но и на траве, воспользовавшись теплым вечером и прихватив с собой составляющие пикника.  Кто-то из актеров в антракте, настраиваясь на второй акт, тоже предпочел отдохнуть на травяном ковре, а актрисы хора гуляли в красивых кринолиновых платьях. Оркестр на этот раз занял место не в оркестровой яме, а на площадке поверх основной сцены, среди колонн церкви.

Обстановка была необычна как для зрителей, так и для актеров. И как исполнители не старались, порой техника все же подводила, а под конец подуставшие прислушиваться зрители несколько расслабились, единицы даже направились к выходу. Но в момент, когда царь Борис, будучи при смерти, зовет своего сына для передачи правления, по рядам пробежался легкий шум. Дело в том, что весь спектакль был выдержан в исторических одеждах, а тут  цесаревич для напутствия вышел в строгом современном костюме. Что хотел сказать режиссер? Может  он хотел провести параллель к более близкой нам современности?

Наталия Козлова

Фото Никитченко Елена

            


  • Create Account



    Log In Your Account