Владимир Тарнопольский и Владимир Юровский: почетный «постыдный» юбилей

22, Июн, 19
Фото: m24.ru/Лидия Широнина — Владимир Юровский

25 лет назад московским композитором Владимиром Тарнопольским была написана пьеса для оркестра «Дыхание исчерпанного времени». После триумфальной премьеры в Мюнхене произведение стало исполняться по радио во многих европейских странах, а в 2001 году было награждено призом ЮНЕСКО.

На родине композитора «Дыхание исчерпанного времени» стало открытием только в 2015 году в связи с юбилеем Государственного академического симфонического оркестра России (ГАСО). Вернемся на четыре года назад. Меломаны до сих пор вспоминают этот исторический концерт в Большом зале Московской консерватории. Вот статья 2015 года.

Юбилейный сезон Государственного академического оркестра России — 80 лет со дня рождения коллектива – это «король», сопровождаемый «свитой» дат: 60 лет как ГАСО впервые выступил за пределами Советского Союза, продемонстрировав Европе и США мощь страны на музыкальном «фронте». 10 лет назад коллективу было присвоено имя выдающегося дирижера Евгения Федоровича Светланова, дольше всех им руководившего (в течение 35 лет). Юбилей — 60 лет — хорошо известного в европейском музыкальном сообществе московского композитора Владимира Тарнопольского.

120 лет назад была написана Первая симфония Рахманинова, и 70 лет назад она возродилась после забвения осенью 1945 года в исполнении Государственного симфонического оркестра Союза ССР, как тогда назывался ГАСО.  Дирижировал Александр Гаук, в консерваторском классе которого Светланов постигал тонкости мастерства. «С того сезона в день сегодняшний этой симфонией мы перекидываем мостик», — сказал художественный руководитель оркестра Владимир Юровский, открывая концерт, посвященный памяти Евгения Федоровича Светланова.

Первое – совершенно провальное — исполнение симфонии Рахманинова под неудачным управлением Александра Глазунова произвело на автора такое тяжелое впечатление, что он почти на три года впал в депрессию, не имея желания сочинять вообще. «Я был подобен человеку, которого хватил удар, и у которого на долгое время отнялись и голова, и руки» — писал он приятелю, критику А.В.Затаевичу. — «Меня не обескураживает руготня газет, на меня тяжело действует то, что мне самому моя Симфония, несмотря на то, что я её люблю, после первой же репетиции совсем не понравилась».

Как счастлив был бы великий композитор, если бы мог слышать, в какого «лебедя» превратился его «гадкий утенок» под руками Владимира Юровского, если бы мог присутствовать московской осенью 2015 года в Большом зале консерватории.

Дирижер Владимир Юровский, пять лет назад заступивший на пост художественного руководителя Государственного оркестра России, — мировая величина, и очень любим московской публикой. «Госоркестр не только концертный, но и просветительский коллектив», — говорит он. «Во время руководства Евгения Федоровича Светланова исполнялось много премьер, и мы стараемся придерживаться этой традиции.  В честь 80-летия коллектива мы хотим представить в этом сезоне 80 премьер». Юровский возобновил также и другую хорошую традицию – вступительное слово перед началом концерта или отделения.  По содержанию это историческая или музыкально-теоретическая информация, а по форме – живые увлекательные комментарии «без бумажки», которые публика всегда с интересом ждет от него. Вот как он представил композицию для большого оркестра Владимира Тарнопольского «Дыхание исчерпанного времени»: «Мне кажется, это не совсем точное название по-русски. Думаю, ближе по смыслу и к немецкому оригиналу — Der Atem der erschöpften Zeit — английское слово exhausted – утомлённый, изнеможённый. В разных странах, где играют Der Atem der erschöpften Zeit, его именуют и по-немецки, и по-английски — The Breath of Exhausted Time» . Написано оно было в 1994 году, и только сейчас дошло до России. Симфоническая музыка Тарнопольского у нас слишком редко звучит, и это постыдно», — сказал Юровский.

Der Atem der erschöpften Zeit было создано по заказу Мюнхенской биеннале для оркестра Баварского радио — отсюда оригинальное название на немецком языке, —  и после первого исполнения в мае 1994 года под управлением Александра Лазарева было названо открытием фестиваля. «За основу развития вместо устоявшейся музыкальной формы композитор берет дыхание, — рассказывает дирижер. – «Оно может быть едва слышным, шумным, замедленным, учащенным, тяжелым и так далее, но всегда волнообразное». Звучание оркестра, тембровая палитра которого дополнена двумя синтезаторами и двумя электрогитарами, создает образ чего-то очень медленно колышущегося вселенских масштабов. Из аннотации автора Владимира Тарнопольского: «Я ощущаю это как звучащую метафору гигантского Соляриса Станислава Лемма и Андрея Тарковского. Дыхание для меня – самый важный первичный элемент музыки и это также первый признак и последнее движение жизни».

Композитор Владимир Тарнопольский и Ольга Новикова

Перед тем как поднять дирижерскую палочку Владимир Юровский попросил публику: «Откашляйтесь сейчас, чтобы в течение двадцати минут в полной тишине следить за каждым мгновением». Зал почтительно подчинился, и, когда из небытия стали возникать первые движения звука, как будто перестал дышать до самого последнего выдоха «изнеможённого времени».

Нескончаемые аплодисменты тоже в конце концов заканчиваются, и после них главное слово было — «грандиозно». К Юровскому подходили – «грандиозно, как вы смогли все это соединить!».  Тарнопольскому говорили — «грандиозное произведение!». Композитор, понимая сложность задачи дирижера по собиранию «космических частиц и сгустков» в единую «Вселенную» только выразительно округлял глаза – ну это же Юровский!

Между Тарнопольским и Рахманиновым в программе концерта, посвященного памяти Светланова, поместился Барток – Второй концерт для скрипки с оркестром в исполнении Патриции Копачинской.  Уроженка Молдавии, учившаяся в Вене и живущая в Швейцарии, она нечасто бывает в Москве, и для многих стала открытием сезона. В прессе ее нередко называют звездой, и это не такое уж большое преувеличение. Не меньшим открытием можно также считать редко исполняемый Второй концерт Бартока. «Новая музыка – это мой воздух, я этим живу! – говорит Патриция Копачинская». – «Если бы я не играла современную музыку, я бы умерла, наверное». Спонтанная, не без эпатажа, она выходит на сцену босиком – по ее словам, это дает ей ощущение свободы. Если произведение — драгоценный камень, то Копачинская – ювелир, своей искрометной огранкой заставивший его сверкать всеми красками. Она «забросала» публику разноцветной россыпью и, эффектно закончив, ушла со сцены под несмолкаемые крики «браво». На «бис» в дуэте с концертмейстером скрипок Сергеем Гиршенко была блестяще исполнена виртуозная пьеса Дьердя Лигети  «Баллада и танец» для двух скрипок по мотивам румынского фольклора.

Устроители, возможно, и не имели особого умысла при составлении программы, но вектор в этом порядке был ощутим: Тарнопольский – надмирное безлюдье в недостижимой выси. Барток – полный контраст, свержение вниз к толпе, кипящему муравейнику многокрасочной земной жизни. Рахманинов – толпы уже нет, остался только Человек со всеми метаниями, штормами и штилями его, то страдающей, то счастливой души.

Ольга Новикова

фото Юровского источник https://www.m24.ru/galleries/koncerty/ 


Create Account



Log In Your Account