“Я сам избрал свою судьбу”

Данный материал подпадает под возрастное ограничение 18+, не предназначен для лиц младше этого возраста.
15, Окт, 14

В начале театрально сезона «Другой театр» выпустил спектакль «Лунин, или Страна рабов», который поставлен по пьесе Эдварда Радзинского «Лунин, или Смерть Жака». Сам Радзинский после премьеры признался, что это самая сильная из постановок его пьесы.

Постановку осуществил режиссёр Александр Огарёв, спектакли которого идут в разных театрах Москвы: в «Современнике», в РАМТе, в театр Маяковского, а также в родном для него ШДИ. При этом он еще и художественный руководитель Томского драматического театра.

«Лунин, или Страна рабов» рождался долго, так как в нём используется дорогостоящая аппаратура, какое-то время пришлось собирать деньги на её покупку. Средств не хватало, и премьера могла не состояться. Но все закончилось благополучно и теперь спектакль можно увидеть на сцене ДК им. Зуева.

Михаил Сергеевич Лунин всю жизнь боролся против политической системы, за справедливость и свободу: «С рождения был убит во мне раб. Хозяин всегда знал, что у него есть Жак, а Жак, что у него нет хозяина». Был арестован последним из декабристов, но поименно никого не выдал. Он бретер и дуэлянт, циник и фаталист, близкий к Александру I, который любил его «за необычайную правдивость», провел почти двадцать лет в тюрьме и на каторге за участие в тайном обществе. Его письма из заключения с резкими нападками на правительство, которые он писал сестре с просьбой распространить, превратились в манифесты о свободе и расходились по всей России. «Слова улетают, написанное остаётся» — процитирует Лунин древнеримскую пословицу в спектакле.

Главную роль, Лунина Михаил Сергеевича, играет Дмитрий Певцов. За 2 часа он ни разу не уходит со сцены, весь спектакль – это монолог-исповедь, который Дмитрий Певцов порой читает глаза в глаза зрителю, стоя перед первым рядом.

В остальных ролях: Сергей Колтаков, Андрей Харенко, Максим Виноградов, Антон Лапенко, Андрей Крупник, Екатерина Зонненштраль, Ольга Баландина, Роман Чора, Сергей Куликов.

Сцена условно разделена на 2 части: справа — деревянный помост, а слева – экран, который только на короткое время поднимается вверх и не задействован. А в остальное время он либо служит полотном для картин из песка: вот, например, тюрьма, а вот портрет Муравьёва-Апостола, висящий у Лунина в камере. Либо экран становится театром теней: вот Лунин делает реверанс, приглашая на танец девушку-тень, вот разговаривает с любимой, которая умерла, не выдержав его заключения, а в конце и сам Лунин, будучи убитым, становится тенью.

Наталия Козлова

фото Елена Никитченко

            


Create Account



Log In Your Account