Закрыть гештальт!? (порассуждаем на тему гештальта в искусстве) (16+)

Данный материал подпадает под возрастное ограничение 18+, не предназначен для лиц младше этого возраста.
25, Июн, 22

В современном искусстве,  наполненном  множеством смысловых значений,  гештальт (Die Gestalt, нем)  как понятие, он же пандейя (греч), он же μορφή (образ)  – это целостное восприятие человеком определенного набора изображений, звуков, форм или мыслей. Гештальт подразумевает нечто завершенное. Сегодня очень популярна фраза «закрыть гештальт», означающая выполнение главной цели  – завершение образа до идеала. Это в искусстве. На выставке высветился еще один аспект гештальта: название проекта привлекает внимание психологов, дискуссии, которые разворачиваются  с ними в рамках выставки, позволяют судить об огромном интересе зрителя к термину  «гештальт»? Т.е. тема, которую мы стремились представить визуально, сложна,  интересна. Гештальт в психологии – нечто совсем другое, нежели в искусстве. Я, увы, не психолог, но могу предположить, что «закрыть гештальт» означает  решить проблему, которая встречается у каждого из нас, ликвидация блоков, которые не дают человеку идти дальше… В искусстве немного иначе, «закрыть гештальт» —  найти тот идеальный образ, сформированный художественный почерк, по которому автора безошибочно узнает зритель. Вопрос: «А дальше что?». Возможно ли развитие и продолжение, закрытый гештальт – это стагнация или мотивация к новому другому в  динамике?  Множество вопросов! Но тем и интересна провокация в современном искусстве, так как она будоражит мысль, зовет к диалогу.

Ниже мои размышления о художественной  стратегии  авторов проекта.

Начну с цитаты: «Искусство будущего  – это  не объекты, предметы искусства, а процесс, в котором  интеллект, вневременные  вещи… легко узнать по тому, принадлежат ли они прошлому, настоящему или будущему». Филипп Старк.

Два поколения художников: Клара Голицына 1925 г.р. и молодой художник из Смоленска Анна Зимина.  Объединяют их не только линии  в картине, так как для обеих   холст априори – это геометрия пересекающихся  прямых.  Внешний формат произведения   (квадрат или прямоугольник), да  и сюжет в  пространстве картины,  в которое  могут быть встроены  пересекающиеся линии с очерченными  объектами, линии сами по себе гармонично  сосуществуют в ритмичности пересечений, они  САМИ СОЗДАЮТ СВОЕ ПРОСТРАНСТВО РИТМОВ в произведении. Это похоже на пластические партитуры, звучание, очищенное от посторонних звуков, предметов,  всего лишнего. Я часто привожу в пример известную картину Веласкеса «Менины». Можно создать  копию работы, можно сделать её интерпретацию, как это сделал Пикассо, а можно геометрически линиями и точками маркировать (поставить акценты) в той же локальности  персонажей холста Веласкеса, и думаю, это произведение будет достойно своего зрителя. Почему своего? Зритель, воспитанный на академическом искусстве и зритель цифрового   виртуального поколения по-разному воспринимают визуальные формы искусства.

КЛАРА ГОЛИЦЫНА (1925 г.р.) строит композицию так, чтобы отсечь всё  второстепенное; где-то делать  акцент на главном, а иногда  и   на фрагменте, отображая частное, которое становится  основным в картине. Музыкальный ключ ее работ  в линейном лабиринте  линий, создающих внешнюю оболочку полифонии, ее ритм, именно ритм задает  размер и толщину  линий, акценты цвета. Есть такой термин в музыке «линеарность», он вполне применим  к работам Клары. Стремление к поиску  пластического языка  выражено в ее многочисленных экспериментах с  линиями и фигурами в пространстве картины. Максимально обобщить форму до образа – главное  в её творчестве.

Живопись жестких контуров, так можно маркировать стратегию и метод  работы художника АННЫ ЗИМИНОЙ.  В проекте «Закрыть гештальт» представлены  реальные  пейзажи и интерьеры, только максимально упрощенные, схематические. В них исчезло все лишнее, и появился чистый цвет. «Схема убирает все декоративно-эффектное и оставляет пустую “базу”. Считаю, что до самого основания этой “базы” образа я еще не добралась». Как приходят подобные идеи? Они рождаются совсем неожиданно, как некое прозрение. Анна Зимина известна в Смоленске в качестве фотохудожника. Она экспериментировала с альтернативными техниками печати,  превращая фотографии в живописные работы. Однажды просматривая  доски объявлений  на Авито, интерьеры квартир, которые сдаются, она увидела их совсем иначе, и родился проект  «Здесь почти как дома». Анна вышла совсем на другой уровень визуализации, открыв для себя новый эксперимент в искусстве.  Эта серия работ выставлялась в Музее ДПИ в рамках артпроекта «Молодость России» в 2019 г.  

АНАСТАСИИ  КУЛИКОВОЙ удивительным образом удаётся из реального объекта сделать мистический,  иреальный, в чем-то сюреалистический. Глубок и тонок мир художника. «За гранью…»– общее впечатление от ее картин, Только грань чего: нашего или иного миров, или здесь вообще что-то другое? Три женских лика, почти неразличимых по выражению лиц,  их жесты символичны или спонтанны?  Много аллюзий, одна из них –  не интерпретация  ли это «Троицы»? Увы,  нет. Это игра «Камень — ножницы — бумага»,  которая возникла в средние века в  Китае и была распространена в Японии под названием дзян-кэн. Андрогинные лики её персонажей ведут нас к размышлениям о первообразе человека. Два лика, но в объятиях их  – единая сущность человеческой гармонии в союзе двух, которые смотрят каждый  внутрь себя.

Прямая речь художника  о своем творчестве: «Про свою живопись (масло) —  это фиксация момента, атмосферы, мысли, ощущения. Про серию с людьми —  это размышление на тему человека и межличностных отношений через соединение взрослой строгости с детской игрой.  Картина «Бесконечность»  демонстрирует  некий хоровод взаимоотношений людей между собой. Работы с инфографикой (контент с цифрами, графиками, координатами,  фиксированные точки  временных координат)  – фиксация  переломных моментов в  жизни,  которые формируют цельность  личности, а  конечное изображение  сложится к концу жизни».

Картины с инфографикой похожи на  детское задание —  соединить точки для получения целого изображения.  Работа «Объятие»  —  своего рода иллюзия слияния в единое существо, утопический подтекст, невозможность стать другим даже в мечтах.

 Как дети проецируют свою игру   на взрослые социальные взаимодействия в обществе, так и Анастасия тонко размышляет в работах о взаимоотношениях личности с другой личностью, пытаясь осмыслить интересующие её моменты через игру.

 Фиксация момента,  возникающего спонтанно, атмосфера, вдруг мотивирующая на творчество, пробуждающая мысль и ощущения – именно эти  состояния  лежат в сути  её произведений. Анастасия Куликова (1991 г.р.) живет и работает в Москве. Училась в лицее МАХЛ  РАХ (бывшее МСХШ), закончила академию МГХПА им.  С.Г. Строганова факультет промышленного дизайна.

Мир других реальностей отсылающих к скрытому «Я» — такое впечатление производят произведения ИГОРЯ КОПЕЙКИНА.  Художник настроен на визуальный художественный образ, который отражает его представление о том или ином явлении, предмете, сущности, их взаимодействии друг с другом, всё зависит от времени, места, мыслеобразов, фатума и даже сноведений. Мотивация на  форму этих образов зависит  от самых различных, порой абстрактных и хаотичных вещей: точки, линии, нагромождение пятен и структур, персонажей и предметов – все это путь к рождению формы, нужной пластики, и только в середине  работы над картиной — цвет. Он создает  образы гармоничные, многослойные  и контекстуальные по значениям. В его работах множество ликов, которые могут раскрыться, а могут остаться загадкой даже для самого автора.  Многоликость позволяет играть различные роли. Многие его картины мотивированы историей искусства,  но игра другая,  его личная игра в образ, мозаичность, декоративность позволяет создавать посыл к интерпретации,  что есть почва для размышлений уже нам, зрителям. 

Тишина и безмолвие моделей  СУРЕНА АЙВАЗЯНА «прячутся» в дзенбуддистском погружении  самого автора  в предмет его исследования, будь это травы, листья, цветы или модель. Они все смотрят в художника, а он в них, именно «в», но не «на» него. В  студийных графических листах его модели грациозны и самодостаточны в своей безусловной красоте,  линии  графики  спокойны медитативным молчанием, в них ощущение  созерцания вечной и незыблемой красоты всего живого. Материал (мятая бумага)  позволяет создать эффект графических  листов старых мастеров различных школ живописи.   В экспозиции этого проекта мы решили соединить два направления в творчестве Сурена цикл Ню и графику из различных циклов художника. 

АСЛАН  ОРАЗАЕВ родился в Нальчике,  закончил академию МГХПА им.  С.Г. Строганова факультет скульпторы, художник, архитектор.  Много лет проработал в различных архитектурных бюро в Москве. В 2013 году вернулся на родину.  Искусство художника живет в пространстве  импровизации. Он убежден, что графика может быть свободной от программной заданности и являться актом чистого творчества. Наверное, поэтому Оразаев работает без предварительных эскизов и набросков – сразу набело и сразу в материале. «Я часто использую гротеск, как метод выразительности образа, пытаясь найти точные соотношения главного и второстепенного, черного, белого, абстрактного и реалистичного. Личностное, относительное восприятие мира ведет от идеи к образу, от образа к символу, от символа к знаку», — поясняет Аслан Оразаев. Огромный интерес зрителя к этим работам и не только потому,  что его картины современны, они вне локальности, не привязаны ни к этносу, ни к программному стилю графики.  В них живет душа автора, его темперамент, энергия,  умение передать пластичность и объем, движение и скульптурность модели.  Зритель останавливается  у его картин, пораженный талантом художника.

ИРИНА ИВА    представила графику из нескольких циклов. На мой взгляд, особо следует отметить  ее работы из cерии «мои отношения  с искусством» и ее  непальские и тибетские зарисовки с натуры. Находясь между двух стратегий в искусстве академической и contemporary (современной), она успешно балансирует между ними, при этом убеждена, что таковых границ в искусстве нет. Для Ирины первостепенны как образные, так и пластические задачи, она творит в поле визуальных экспериментов. Основным аспектом изучения для неё является все, что связано с  дихотомией  в искусстве. С одной стороны – чувственный опыт  погружения в объект (природа, модель, ощущения…);  с другой –  способ визуализации образа с помощью материала (масло, фломастеры, бумага, холст…). «Хочется дойти до истинности процесса наших отношений, понять и найти правильное  понимание своего искусства. Хотя я осознаю, что это задача порядка “поиск смысла жизни” и тому подобного. Это очень личный проект».

Завершить статью о   проекте «Закрыть гештальт» хочу  цитатой из Ф. Ницше: «Все мы думаем, что достоинства художественного произведения доказаны, если они на нас действуют или потрясают нас. Но ведь тут должны были бы сначала  быть доказаны достоинства наших собственных суждений и ощущений». Неоднозначное утверждение! Но есть информация для размышления и дискуссии между художником и зрителем этого нового проекта.

Автор текста, концепции, идеи куратор проекта ГАЛИНА МАЖЕЙКИНА — профессиональный культуролог и искусствовед, автор более двадцати научных и популярных статей о проблемах современного искусства в научных и популярных  журналах, идеолог и исполнитель художественных проектов с 1992 года по настоящее время. Сделала более  сорока художественных выставок, как в России, так и за рубежом, участник трех Международных фестивалей искусств (2002, 2003, 2005) в г. Магдебурге (Германия), коллекционер современного искусства. В 2003 году была награждена Дипломом Академии живописи Санкт-Петербурга за вклад в развитие современной культуры России.

Фотографии Сергей Лукьянчиков

     


Create Account



Log In Your Account